22 мая 2006
Эмиль Мишель Чоран «Записные книжки.
«Воображать невиданные чудеса, владеет даром вызывать их к жизни, быть волшебником... И стать всего лишь писателем? Какое убожество!»
«Выше всего я ставлю сухую. Как скелет, прозу, сведенную судорогой»
«Всегдашнее чувство неудовлетворенности: „Не то, не то“, — вот, что я твержу себе каждую минуту»
«Настоящая поэзия начинается за пределами поэзии. То же самое с философией, да и со всем на свете»
«Настоящее наследие писателя — это его секреты, его мучительные и невысказанные провалы; закваска стыда — вот залог творческой силы»
«Из писателей я могу читать только самых больных, тех, у кого каждая страница, каждая строка освещена болезнью»
«Чехов — самый беспросветный из писателей. В годы войны я было дал его книги тяжело заболевшему тогда другу, так тот буквально взмолился, чтобы я забрал их назад: простое их чтение лишала его сил сопротивляться недугам»
«Я не написал ни единой строки, чтобы не почувствовать потом неловкость, нестерпимый стыд, чтобы до глубины души не усомниться в своих способностях, в своем „предназначении“. Человек в ясном уме не доложен браться за перо — если, конечно, не имеет страсти к самомучительству»
«Сократ Критону, перед смертью: «Никогда не говори неправильно: это не только оскорбляет грамматику, но и причиняет зло душе»
«Моя сила — в том, что я не нашел ответа ни на один вопрос»
«Не понимаю, как это вообще возможно — написать какую-то книгу. И тем не менее...»
«Чувствую неспособность писать. Слово — стена, в которую я колочусь, в она не поддается и по-прежнему неприступно высится прело мной. При этом я знаю, что хочу сказать, владею предметом, вижу очертания целого. Но выразить ничего не могу, не могу преодолеть преграду Речи»
«Кроме „Адольфа“, „Возвращенного времени“, Паскаля и Бодлера, французская литература кажется мне набором упражнений. Все эти писатели, в которых нет ни капли крови, которые безупречны — и только»
«Чем больше читаешь — а я читаю слишком много! — тем чаще говоришь себе «нет, не то», а «то самое» опять улетучивается из книг, которые одну за другой поглощает твоя лень. Ведь "то самое"нужно найти в себе, а не вовне"
«Писание — это не мысль, это передразнивание или, в лучшем случае, воспроизведение мысли»
«Легко пишется тем, кто может писать о чем-то другом, а не о себе»
«Писать — значит осмеливаться»
«В довоенные времена жил один старый больной поэт, которого совершенно забыли и по настоянию которого, как я где-то прочитал, всем посетителям должны были говорить, будто его нет дома. Время от времени жена — из жалости к нему — звонила в дверь...»
Автор: Алексей Калугин. Author: Aleksey Kalugin